Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

3

сам знаешь куда! У нас кило хлеба дают, да и то не хватает.

        Шутки шутили до тех пор, пока не начали прибывать свежие части и кто-то из  комсомольцев-добровольцев, начитавшийся книг, допрежь всего  бестселлера соцреализма "Как закалялась сталь",  и внявший воплям неистового публициста: "Хочешь жить  --  убей  немца!", "Где увидишь,  там и убей!" -- завидевши на другом  берегу  врага,  спустившегося с ведром за водой,  схватил винтовку и подстрелил  его. А по  лесам-то,  по окрестным  уже  густо-прегусто набилось войска --  для  наступления. И  войско  все шло, все летело,  больше ночами, тайно,  как казалось нашим хитрым  стратегам. И  все  они,  войска-то, хотят пить, морду мыть, пищу варить. Вечерами, дождавшись потемок, цепями бредут и едут  к Оке за  водой, нескончаемые  вереницы военных, неся на жердях ведра, баки, термоса, катят кухни на конной и машинной тяге, заезжают прямо в реку, повара  котлы  моют, кони воду пьют, отфыркиваясь, солдаты портянки полощут. Ока -- всем спасение и отрада, потому как в лужах, с весны в лесах и в полях оставшихся, головастики кипят, ручьи  пересохли, ближайшие колодцы вычерпаны до дна, прудики загажены.

        Бредут, едут  люди к воде безо всякой опаски и не знают, что, вняв зову патриотических идеологов, комсомолец- доброволец долбанул  врага, за что уже и  награду  получил  -- командир  роты по  фамилии Щусь  лично морду  набил, командир взвода товарищ Яшкин за такое усердие  компостер поставил сапогом в зад.

        Сошлись, съехались  беспечные братья-славяне массой  к  реке. Немцы, не умеющие  размениваться  на  мелочи, осветили  берег,  да  ка-ак  жахнули  из минометов,  да  как  подчистили  бережок  из  пристреленных  пулеметов...  И залилась, запела, завопила передовая сотнями голосов --  всю  ночь раненых с берега увозили,  трупы собирали.  За  водой к Оке сделалось ни  проехать, ни пройти. Посты на пути к ней выставлены. Черпали воду из луж с головастиками, из загаженных прудов, процеживали сквозь рубахи и новые портянки. Заботливая военная  санитарная  служба  всюду листовки  поразвесила:  "Не  пейте  сырой воды!". А  ее  ни сырой, ни вареной. Народу  же  и работы  с каждым днем все больше -- начали, наконец, строить глубокую оборону, прознав, что "вражеско" войско намеревается  наступать  на  курском выступе,  так,  не ровен час,  и брянский фланг прихватит.

        Силы Гитлер  согнал  --  видимо-невидимо.  Наша  же  копающая, пилящая, рубящая сила к самому времени наступления противника, к  летней жаре, сплошь обдристалась,  переполнила госпиталя и больницы. Копали колодцы,  доставляли воду из глубинных тылов,  где  бдительные санслужбы столь щедро сыпали  в ту воду  вонючей,  обезвреживающей заразы,  что  ни супу похлебать, ни картошки поесть -- все химией провоняло.

        И на берегу Великой реки будет всякое. Немец примолк, притаился, но все зрит, соображает, ждет.  Слава  Богу, хоть здесь пока не слышно:  "Да  мы их расхерачим, распиздячим!" -- хоть гонор-то этот, самоуверенность-то дурацкая в  крови и слезах  утонули,  уже  и  пузыри вонючие  вечного  блудословия  и хвастовства лопнули.

        Артиллерийский полк, приданный стрелковой дивизии, которой до недавнего времени командовал генерал Лахонин, ныне назначенный  командиром стрелкового корпуса, прибыл к реке ночью и ночью же рассредоточился по прибрежным лесам. Где-то поблизости располагался  ранее притопавший  стрелковый полк,  которым командовал  пожилой  полковник со странной, но сразу запоминающейся фамилией -- Бескапустин. В полку том  первым батальоном командует капитан  Щусь,  тот самый, что муштровал первую  роту в Бердском  резервном  полку.  Двигаясь по войне, он споро продвигался в  званиях, в должностях,  не придавая, впрочем, никакого  тому  значения.  И  нумерация-то  прежняя,    в  Сибири  прилипшая, сохранилась  -- первый  батальон  второго  стрелкового полка,  первая  рота, которой нынче командовал лейтенант  Яшкин. Помощником и заместителем комбата тоже бердский офицер  -- Барышников. Еще  здесь командирами рот были старые, кадровые  сибиряки:  казах  Талгат,  лейтенант  Шапошников,  которого  из-за отправки на фронт не успели разжаловать, но и в чины не выводили -- какая-то графа встала  на  его боевом  пути. Взводами  командовали  тоже  по  Бердску

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту