Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

55

команда "разобрать оружие!", у пирамиды поднималась свалка - каждый норовил схватить деревянный макет, потому как он был легок и у него не было железного затыльника на прикладе, от которого коченела ладонь и уставала рука. С меньшей охотой разбирались настоящие, отечественные винтовки, и никто не хотел вооружаться винтовками финскими, из железа и дерева сделанными. Как, для чего они попали в учебные роты - одним высокоумным военным деятелям известно.

Финские тяжеленные винтовки всегда стояли в дальнем конце пирамиды, там и оставались они после расхватухи, никто их не замечал, учено говоря, бойцы игнорировали плененное оружие. С ножевыми штыками, пилой, зазубренной по торцу, - "чтобы кишки вытаскивались, когда в брюхо кольнут, - заключали ребята и добавляли возмущенно: - Изуиты! Вон у нашего винтаря штык как штык, пырни - дак дырка аккуратна".

Тем бойцам, которые в боях сразу не погибнут и поучаствуют в рукопашной, еще предстояло узнать, что ранка от нашего четырехугольного штыка - фашисту верная смерть, заживает та рана куда как медленней, чем от всех других штыков, сотворенных человеком для человека. Остается благодарить Бога за то, что в этой войне рукопашного боя было мало, редко он случался.

А пока по казарме угорело носился старшина Шпатор с помкомвзвода Яшкиным.

- Кому сказано - разобрать оружие! - заполошно орали.

Дело кончалось всегда тем, что самых бесхитростных, неизворотливых бойцов силой подгоняли иль за шкирку подтаскивали к пирамиде. Будто в революционном Питере, красноармейцу лично вручалось грозное оружие. Наглецы и ловкачи, расхватавшие оружие по уму и таланту, между тем толпились у выхода из подвала, гогоча поддавали жару:

- Вооружайсь, вооружайсь, товарищи красные бойцы!

- Стоим на страже всегда, всегда, но если скажет страна труда.

- Скажет она.

- Рыло сперва умой!

- Рыло сперва умой, потом иди домой!

- Поэт нашелся, еп твою мать!

- Поэт не поэт, а лепит!

- Какая курва там дверь открыла?

- Да старшина это, на прогулку приглашает.

- Пущай сам и гуляет!

- Эй, доходяги, сколько можно ждать?

- Кончай волынить, товарищ младший лейтенант на улице чечетку в сапогах бьет.

- Шесто колено исполняет.

- Раньше выдем, раньше с занятий отпустят.

- Отпустят, штаны спустят!

- Поволыньте еще, поволыньте, заразы, так мы сами возьмемся вас на улку выгонять! Не обрадуетесь!

- Сами с усами! - лаялся Яшкин. - Чего тут столпились? Кто разрешил курить?

- Сорок оставь, Вась!

- Скоро уж посрать нельзя будет без твоего разрешения.

- Разговорчики, памаш! - врезался в толпу старшина. - Марш на улицу! Ну арьмия, ну арьмия! Помру я скоро, подохну от такой арьмии.

- От такой не сдохнешь, от такой...

- Р-разговорчики!

Кто с оружием, кому повезло, кто без оружия, доходяги, больные, симулянты, дневальные, промысловики, разгильдяи, шлявшиеся по расположению полка и по общепитам, переловленные патрулями иль с вечера еще надыбанные докой Шпатором, получившие от старшины по наряду вне очереди - больше он не может, на большее его власти не хватает, - дрогнут на дворе, ждут и знают: старшина так просто, без внимания никого не оставит, он, прокурор в законе, попросит у старшего командира добавки к уже определенному нарушителям наказанию.

Но вот и строй какой-никакой сотворен, вся рота наконец-то в сборе. Старшина семенит вдоль рядов поплясывающего воинства, под сапогами его крякает снег, крошатся ледышки. Натуго застегнутый и подпоясанный, в шапке со звездою, в однопалых рукавицах, в яловых сапогах, должно быть еще с империалисти- ческой войны привезенных, усохший, в крестце осевший, но все еще пряменький, чисто выбритый, старшина в желтушном свете двух лампочек, горящих над входом

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту