Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

78

когда-то забракованным по дряхлости в технической конторе станции Вейск и безвозмездно отданном тете Лине, прибита полочка для учебников, тетрадей и школьных принадлежностей. Ныне на полочке, шатнувшись к окну, стоят словарь, справочники, любимые книги, сборники стихов и песен. Среди них зеленым светофорным светом горит обложка книги "Пословицы русского народа". Молодой литератор и уже испытанный в семейных делах муж открыл толстую книгу на середине. Раздел: "Муж - жена" занимал двенадцать широченных книжных страниц - молодая русская нация к прошлому веку накопила уже изрядный опыт по семейным устоям и отразила его в устном творчестве.

"Добрая жена да жирные щи - другого добра не ищи". "Разумно, очень разумно и дельно!" - ухмыльнулся мыслитель из железнодорожного поселка. Но скоро такие откровения пошли, что у него пропала охота зубоскалить: "Смерть да жена - Богом суждена", "Женитьба есть, а разженитьбы нет", "С кем венчаться, с тем и кончаться", "Птица крыльями сильна, жена мужем красна", "За мужа завалюсь - никого не боюсь".

"Ага! Как же! - не согласился на сей раз с народной мудростью Леонид. - Познакомить бы вас с современной жен- щиной!" Он непроизвольно покосился на Лерку. "Жена не сапог, с ноги не скинешь". "Что верно, то верно", - длинно выдохнул Сошнин и водворил книгу на место.

И без словаря одних наставлений бабки-покойницы для разумной жизни хватит, порешил он. "Семьи рушатся и бабы с мужиками расходятся отчего? - вопрошала бабка Тутышиха, сама себе давая ответ. - А оттого, что сплят врозь. Дитев и друг дружку не видют неделями - чем им скрепляться? Мы, бывало, с Адамом, поцапаемся, когда и подеремся - но муж с женою хотя и бранятся, да под одну шубу ложатся! Ночью-то, бывало, Адамка на меня ручку нечаянно положит, я на ево - ножку от жары закину, и, глядишь, замиренье, спокой да согласье в дому..."

"И то правда, - вздохнул Сошнин. - Бабка решала сложные задачи без всяких там дробей, простым, но точным способом".

Леонид постоял среди комнаты, погладил себя по голове. Из-за "гардеропа" начинал просачиваться слабый свет. "Однако гробину эту все же придется рубить на дрова, - погладил он облезлое сооружение. Оно, будто старый пес, шершавым языком цеплялось за пальцы, приятельски покалывало ладонь. - Ничего не поделаешь, друг. Современный быт требует жертв! Ничто новое без жертв у нас не создается и не излаживается", - виновато усмехнулся хозяин четвертой квартиры.

Рассвет сырым, снежным комом вкатывался уже и в кухонное окно, когда насладившийся покоем, среди тихо спящей семьи, с чувством давно ему неведомой уверенности в своих возможностях и силах, без раздражения и тоски в сердце Сошнин прилепился к столу, придерживая его расхлябанное тело руками, чтоб не скрипел и не крякал, потянулся к давней и тоже конторской лампе, шибко изогнул ее шею с железной чашечкой на конце, поместил в пятно света чистый лист бумаги и надолго замер над ним.

1982-1985

Виктор Астафьев. Собрание сочинений в пятнадцати томах. Том 9. Красноярск, "Офсет", 1997 г.

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту