Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

67

Коляшу совсем уж размягченная Одарка:

- Та хлопэць ты гарный! Та умнэсэнький! Да звидкэля ты взявсь? - и влепила Коляше поцелуй, на этот раз в губы. Мыколу тоже вниманием не обошла, хотя тот и вжимался за унитаз от ее натиска.

Прибравшись на "столе", определив мешок за спину, подстелив что-то на холодный пол, все еще источающий запах мочи, Одарка улеглась на бок, чтоб меньше занимать места в узком заунитазном пространстве, притулила к себе мужа своего, подтыкала что-то под него, костылями оградила от холодного и шаткого унитаза, прикрыла его своим платком и, лежа на локте, держа себя грузную почти на весу, чтоб только чоловику было удобно, принялась байкать его, как маленького, совсем и не осознавая этого материнского действия. Могучее и доброе сердце Одарки расслабилось, тело согрелось и успокоилось, она вдруг всхрапнула, пока еще пробным раскатом, но и от него, от пробного, все железо в туалете вздрогнуло, бельмо пузыря на потолке сорвалось с петли и опасно закачалось над головами пассажиров. Одарка тоже вздрогнула, очнулась, ощупала Мыколу со спины, с боков, голову его удобней устроила.

- Хлопче! А, хлопче! - шепотом позвала она.

- Чего тебе, Одарка?

- А як ты все же мои имья и хвамиль узнал, га?

- Хэ, фамилия! Хэ, имя! Могу тебе всю твою биографию рассказать.

- Ой! - испугалась сраженная Одарка.- Нэ трэба, хлопэць, нэ трэба...- и долго не подавала никаких признаков жизни. Потом, совсем уж безнадежно, совсем уж отрешенно не то спросила, не то утвердила: - Хлопче, ты колдун?!

- Да еще какой! Я ж из Сибири!

- Из Собиру! - почти обреченно молвила Одарка. - Тоди понятно. Там дуже холодно и вэдмэди кругом бродють...

- И колдуны,- подтвердил Коляша.- Им запросто про человека все узнать, приворожить, створожить, немочь накликать, со свету свести... Хочешь, скажу, об чем ты сейчас думаешь?

- Ой, нэ надо, нэ надо, хлопче. Дуже я пуглива... А об чем? А об чем?

Женяра тряслась рядом, запокашливала чаще, дергала Коляшу за рукав шинели, хватит, мол, хватит.

- Та вин жэ ж! Та вин жэ ж...- продирался сквозь смех Микола.- Да вин же ж дурака валяет. Вин же ж хвамиль твою и имья на мешку узрив! О-ой, нэ можу! О-о-ой, нэ можу! Яка ты, Одарка, глупа была, така и осталась. Она у школи,- уже обращаясь к молодоженам, пояснял Микола,- усэ у мэнэ списувала, так сим групп и закинчила...

- А-аж, його мать! - из деликатности осадив матюк, с восхищением громко хлопала себя по ляжкам Одарка.- О цэ уха-арь! О цэ да-а! Шо ты, жинца, будэшь робыть з им? Як жить з такым пройдохою?..

- Мучиться,- первый раз за всю дорогу подала голос Женяра. И не знала, не ведала она, сколь пророческое слово молвила невзначай.

- Тикай вид его! Тикай з вагону, тикай з поизду, у поле, куда подальше тикай! Й-иэх, який, а? Як пидманув, га?! - Одарка в потемках нашла голову Коляши и больно потеребила за вихор, но тут же и погладила со всепрощающим вздохом.- Нэ! Нэ тикай! Бог его тоби опрэдэлив - тэрпи, процюй хоть за двох, хоть на соби ташшы до гробу... Вот у мэнэ Мыколочку мий, який слабэсэнький, болизный, но я, шоб кинуты йего, ни-ни, ни божечки мий... М-мых! - опять начала целовать Мыколу сама себя умилившая Одарка.

- Та будэ, будэ,- ласково остепенял жену муж.- Трохи подрэмлемо. Устал я, и людыны ж усталы. Добрэ, шо сортир нэ дуже вонький и нихто нэ мешае. На передовой та у госпиталях хуже бывало.

- Спы, мий Мыколочку, спы,

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту