Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

27

корчажкой. Подобие морды-корчажки - верша, плетенная из ниток и с крыльями. Ныне мордашки делаются из самого доступного материала - легкой алюминиевой проволоки.

В сибирском заездке - основной снасти для добычи рыбы на горных реках зимою - вместо крыльев ставился заборчик из ветвей и кольев. Рыбе обойти бы заборчик слева или справа, толкнуться, наконец, сквозь ветви. Так нет, она обязательно ищет дырку и лезет в нее, дырка же ведет в тюрьму из прутьев - сиди там, бейся в тесноте и в темноте, пока не околеешь или рыбак тебя не вытащит на лед.

"Тихая" эта рыбалка вредна тем, что заломы, по-сибирски заездки, ставятся, как правило, в период хода рыбы, то есть икромета, и рыба, влекомая инстинктом вверх по течению, миновать их никак не может. Примитивно и жестоко. Но и весь промысел человека, добыча им пропитания и одежды, от веку стоит на крови и муках неразумных животных, птиц и рыб. И одна из причин жестокосердия человеческого проистекает отсюда - от убийства, от сдирания шкур и поедания "братьев меньших".

Ну, это я сейчас, на старости лет, так "плавно" рассуждаю, желая оправдаться задним числом за смертные мучения и кровь тех, кого за свою жизнь убил и съел, расшаркиваюсь перед теми, кто питается "святым духом", хотя лично, "в натуре", таковых ни в Стране Советов, ни В буржуйском стане не встречал.

После крепкого сна в теплой бакенской избушке и жирных блинов я лихо лупил пешней лед, раздалбливая уже толсто обмерзшие окна. Азарт добытчика и молодецкая удаль не давали мне остановиться, передохнуть. Дядя Миша, как всегда, ладно и складно ахал:

- Хак! Хак! Бей по льду! Бей по льду! Добывай себе еду. - И притопывал ногой, точно взводный на плацу, который сам не марширует, но от строевого зуда ногами сучит.

Я сперва его ругал за то, что не закрыл окошки, не присыпал их снегом или хотя бы шакшой - ледяным крошевом, - меньше бы промерзло. Но скоро запыхался, и на слова, да еще ругательные, духу у меня не хватало. Я сбросил на лед телогрейку, шапку. Раздолбив все три лунки и вычистив из них лопатой шакшу, я упал на брюхо, начал пить громко, как конь, екая селезенкой.

- Пропадешь ведь, - с грустной безнадежностью и завистью молвил дядя Миша.

- Ништя-а-ак! В Заполярье с дедом рыбачил, в сорокаградусный мороз из проруби пил - и, как видишь, жив-здоров Иван Петров!

- Да-да, герой с агромадной дырой. Пора такая придет, что сквозняку бояться станешь, сырую воду пить остерегешься...

Ох, дядя Миша, дядя Миша, типун бы тебе на языкНакаркал! Пришла ведь, подступила пора, будь она неладна, - и сквозняков боюсь, и сырую воду нельзя, не говоря уж про водку, табак и всякие-разные доступные и необходимые для души и тела развлечения. И старость подкралась, чтоб ей тоже пусто было! Так вот и скребется в тесовы ворота, особенно в худую погоду, кости щупает, члены томит, сердце колет, дыхалку щекотит, сон гонит и думами о неизбежной смерти угнетает.

Но из того времени, из той далекой военной зимы верста времени была для меня так длинна, так неизмерима, что хоть на цыпочки привстань - конца не видно.

- Слушай, дядя Миша! Когда я пил, на дне морду видел - водоросли, что ли, из нее торчат?

- Ха! Водоросли! - кашлянул дядя Миша. - Поселенцы набились. Тебя же не в шутку колдуном кличут! - и бойконько подсеменил к прорубке. Хмыкая, покашливая, постоял возле окна и, словно перед дракой, сбросил с себя плащ, подтянул опояску - полушубчишко на впалом его брюхе собрался оборками, фигура совсем мальчишеской сделалась, - схватился за деревянный стяг, прикрепленный к морде. - Х-ха! - отбросил из себя воздух дядя Миша, с усов его сыпанулась белая пыль. - Имай! - багровея лицом, прохрипел он, выворотив морду со дна реки.

Я упал на брюхо, запустил руку в обжигающе студеную воду, ухватился за обруч. Вдвоем мы

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту