Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

112

Долго я его искал, еще дольше домогался приема, уплатил пятьдесят рублей, да не в липкие руки обожравшегося и тупого лекаря проклятого прошлого, а модной титькастой девице, бойко выписывающей квитки. И все: "Пожалуйста! Пожалуйста!" Это вам не в регистратуре районной больницы или областной: "Куда без очереди прешь? Почему нумер не тот? Вас много - я одна..."

И вот я у профессора. Кабинетишко чист, но до того ли прокурен! Сам профессор лет сорока двух - сорока трех, без галстука, с кудряво вьющейся головой, сигаретку сосет, под воздушный пропеллер морду подставляет, норовит под мышкой почесать и нет-нет да и улыбнется какому-то приятному воспоминанию.

- Ну, чЕ у тебя там? - спросил профессор и сплавщицкой лапищей под мышку, волосья дернул пучком, но тут же перехватил мой взгляд и бросил волосья в плевательницу. Сидит, барабанит пальцами по стеклу, слушает не слушает.

- Вот, - говорю, - шум в голове постоянный, а иногда и звон.

- С похмелья?

- С похмелья, - говорю, - усиливается, и к непогоде тоже, и вообще хуже себя чувствую с годами.

- Растешь!

Я было в обиду.

- Звание?

- Рядовой, - говорю, - всю жизнь рядовой...

- Так вот запомни: у самого маршала Жукова в голове шумит. - Не удержался профессор, почесал под мышкой и продолжал: - А что касается глаза... Где раньше-то был? Сразу после ранения и контузии надо было обращаться в больницу, и дали бы тебе спецочки, выпрямили бы косину, подключили бы глаз к работе, и, глядишь, сейчас меньше бы звенело. - И доверительно ко мне наклонился: - Даже мужичьи дела могут пошатнуться от простоя. Слышал? Нет? Еще услышишь... - профессор сделал пальцем такую фигуру, какая нигде еще и ни у одного мужика оптимизма не вызывала.

Давай я поскорее прощаться с научным светилом.

- Убухал зазря полсотскую, - пробубнил профессор. - Лучше бы пропил. - Он подал через стол горячую руку - из-под чистой манжеты рубахи, схваченной золотой запонкой, обнажился барсучий волос. - А вообще-то, - первый раз без насмешки, серьезно сказал он, - старайся меньше пить, можешь если при своей работе курить бросить - брось, можешь оторваться от бумаг - оторвись, передохни, хоть на стену смотри, о женщинах думай... А к нам не ходи. И в здоровом глазу ковыряться не давай. Нельзя мужику лишка ковыряться в глазу. А девке где?.. Вот! Вспомнил. Молодец! Память у тебя еще хорошая. - Всякий раз, как профессор поминал про девок или женщин, а делал он это охотно, взгляд его мягчал и устремлялся в неведомую мне даль, из которой возвращался он неохотно. Ходок, видать, этот парень, большой ходок! А я-то предполагал, профессора только лечат и лечат, лечат и лечат, и ни об чем таком не думают, никакого у них баловства в мыслях нету.

В голове у меня по-прежнему шумит, зрение стало хуже, очки все приплюсовываются и приплюсовываются, давление меняется, руки порой дрожат. Но я живу, работаю. Иной раз выпиваю. Спасибо профессору. Честный попался человек.

Пила

Летчик-вертолетчик с какой-то представительной комисси- ей облетел "мертвую дорогу" со стороны Енисея.

Про мертвые поселки, про зоны, обтянутые колючей проволокой, про кладбища, затянутые болотом, и даже про паровозы, привезенные по воде и выгруженные на берег, рассказывал. Заросли паровозы дурниной и почему-то больше всего смородинником, среди которого долго бродила седая женщина, обирала ягоды в корзины и пела: "В саду ягода-малина под укрытием росла".

Сказывали, женщина эта сторожиха мостостроевского поселкового общежития, осталась здесь после ликвидации зоны одна, жила какое-то время, питаясь оставшимися от зэков-строителей продуктами, ягодами, грибами, потом куда-то пропала - утонула ль в Енисее, потерялась ли в лесу...

- Что тебе больше всего запомнилось на "мертвой дороге"?

Летчик отвел взгляд, посмотрел куда-то за горы, за край земли и шепотом сказал:

- Пила! - помолчал, подумал и громко повторил: - Продольная пила! Люди пилили лесину на полатях-покатах, допилили до середины и оставили. Пила заржавела, опилки сгнили, травой проросли, но пила в половине дерева висит, ручки, как кости отполированные, не гниют, кажется, терпеливо ждет инструмент, надеется, слышит - торопят сюда людей, заставят взяться за ручки и... пойдет работа, завизжит, заскрипит ржавая пила, зашуршит дерево, заструятся опилки.

Раскопки

Близилась весна.

Пошел с внуком гулять в парк. Раньше был это парк "патриаршим"

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту