Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

183

глядя на затухающий огонь лампы, поставленной на полочку в запечье. Они старались обходиться печкой, берегли керосин, свечи, жир и горнушку засвечивали, лишь когда упочинивались. Эля не отвечала, не слышала вопроса, уйдя в те слова и мысли, что читал ей Аким, не всегда верно делая ударения, с трудом разбирая почерк Гоги, напористый, заостренный, - буквы прыгали, слова налезали одно на другое, будто торопились куда-то.

- В войну подбили подводную лодку, - опустив на колени упочинку, не открывая глаз, заговорила Эля бесцветным, тихим голосом, - лодка упала на морское дно. Команда медленно, мучительно погибала от недостатка воздуха, командир подлодки до последнего вдоха вел дневник. Когда лодку подняли и жена прочла дневник мужа, командира подлодки, она всю жизнь посвятила тому, чтобы изобрести элемент, вырабатывающий кислород, - и, чуть изменив интонацию, добавила: - Вот они какие бывают, жены! А вообще-то люди ведут дневники, когда побеседовать не с кем, замкнутые чаще люди, ну и те, которые знают или думают, что их жизнь и мысли представляют большую ценность...

- А-а! Понятно. Дальше тут стихи. Пропустить?

- Нет, читай! Все читай, времени у нас навалом, - Эля наклонилась к рукавице, на которую лепила латку, рукавицы не носились - горели, Аким таскал трещобник на дрова.

- "Большинство стихов записано в студенческие годы и в поле, - прочел Аким. - Они сочинены людьми, которые могли стать поэтами, но вообразили себя поэтами раньше, чем ими стали, пропили свой талант, истаскали по кабакам, вытрепали в хмельном застолье..." - Аким прокашлялся и перешел к стихам:

Что же есть одиночество?

Что же это за зверь?

Одиночка - и хочется

На волю, за дверь?

Ну а может быть. просто --

Твой отчаянный крик

С нелюдимого острова

На материк?

Что же есть одиночество?

Что не понят другим,

И стихи, и пророчества --

Беспредметны, как дым?

И что все твои замыслы,

Все, чем жизнь дорога, --

Непролазные заросли

И мрачны, как тайга?

Что же есть одиночество? --

Не понять мне вовек.

Может, миг, когда корчится

В петле человек?..

x x x

Пустыня от зноя томится,

На дюнах молчанье лежит,

И дремлет с детенышем львица,

Качая в глазах миражи.

Под пальмою звери уснули,

Предательски хрустнул песок,

И львице горячая пуля

Ударила в рыжий висок.

Еще не набравшись силенок.

От крови разъярен и ал,

Вскочил перепуганный львенок

И тут же от боли упал.

Он вырос, враждуя со счастьем,

Крещенный смертельным огнем,

И знает, как, злая от страсти,

Тоскует подруга о нем.

Тяжелые веки прищурив

И вспомнив ту рану в боку.

Он видит песчаные бури,

Сыпучих барханов тоску...

Усталый, но гордый доныне,

В неволе людской поумнев,

Он рвется на голос пустыни,

Седой и бунтуюший лев.

x x x

Едва прошла блистательная ночь,

Скабрезная и скаредная шлюха,

Уж новая - холодная, как нож,

В моем веселом доме бродит глухо.

О, эта ночь!

Простор, упавший навзничь,

Хрипит и содрогается от ветра.

И час,

что не назначен и не назван, --

Стучится в окна,

Черепа

И двери.

Но, не дождавшись ясного рассвета,

Хранят наш мир уснувшие отцы.

...В такую ночь стреляются поэты

И потирают руки подлецы.

- У-уф! Ё-ка-лэ-мэ-нэ! - расслабился Аким. - Нисе не понимаю. Может, хватит?

- Что? А, хватит, хватит! Там еще есть стихи?

- Навалом! - Аким не заметил, когда начал пользоваться любимым словечком Эли.

- Завтра почитаем, ладно?

- Конесно! Куда нам торопиться! Пос-сита-аем! Завтра я тебе не это горе, - щелкнул по тетради ногтем Аким, - завтра я те стих дак стих выволоку!..

- Уж не сам ли?

- Не-э! С ума-то еще вовсе не спятил! Дружок один на прииска старателем подался, а там ни кина, ни охоты, со скуки и строчил стишки да мне в письмах присылал. Больно уж мне один стих поглянулся. Я найду то письмо...

- А сам? Ничего тут такого?.. - повертела Эля возле головы растопыренными пальцами.

Аким уклончиво хмыкнул и забренчал о печку поленом, подживляя огонь. По избушке живее запрыгали, высветляя ее до углов, огненные блики. Аким стоял на корточках, смотрел на огонь. Эля тоже не шевелилась, молчала.

Ощущение первобытного покоя, того устойчивого уюта, сладость которого понимают во всей полноте

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту