Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

234

жахнул  дружный винтовочный залп над кручею.

        За  рекой же продолжалось сгребание обезображенных  трупов, заполнялись человеческим месивом все новые и новые ямы, однако многих и многих павших на Великокриницком плацдарме так и не удалось найти по оврагам, предать земле.

        Через десяток  лет  покроет  место боев, кровью  пропитанную, нерожалую землю  и самое  деревушку Великие  Криницы,  покроет  толстой  водой нового, рукотворного моря  и замоет песком, затянет  илом белые солдатские косточки. Захоронение же начальника  политотдела гвардейской стрелковой  дивизии будет перемещено  в глубь  территории. Подгнивший  гроб с  потускневшим  серебром, снова покрытый  гвардейским знаменем  дивизии, под оркестр,  торжественно, с речами,  еще более впечатляющим  залпом будет предан  земле на  новом месте. Каждый  год пионеры  и ветераны  войны станут приходить  к  той  героической могиле с  цветами, венками, кланяясь могиле,  станут говорить взволнованные, проникновенные речи  и выпивать  поминальную чарку  за  здесь же, на зеленом берегу, накрытыми столами.

        Тем  временем  привычно,  с  обыденным  тупым напором  советские войска переправятся  южнее  Великокриницкого плацдарма  через  Великую реку, начнут затяжные,  кровопролитные  бои  за соединение всех четырех  плацдармов и,  в конце концов, убедят немецкое командование, что здесь,  именно здесь, с этой неудобицы начнется главный удар -- наступление  в Заречье. Гитлеровцы стянут сюда  основные силы центральной и южной групп войск, чтобы отразить упорное, с  огромными  потерями  наступление  Красной  Армии.  Отразив  его,  войскам непобедимого    рейха    ничего    другого    не    останется,  как    перейти    в контрнаступление, переправиться обратно за  реку  и продолжить поход в глубь этой проклятой, самовозрождаю-  щейся  страны под названием Россия.  Главари вермахта  надеялись еще  и  на  то, что,  ежели  силы  той и  другой стороны окажутся на исходе, заключить с советским командованием, со вчерашними этими союзниками и братьями по партии и смертельными  затем врагами, почетный мир, оттяпав у России большую  часть плодородных  земель и  установив границу  по берегу Великой реки.

        Завоеванного  для  работящего, умеющего  копить  и  экономить немецкого народа,  расширившегося вдвое,  если не  втрое, хватит для  накопления сил и новой,  на этот раз уже  все  сметающей,  победоносной войны. Под  крылышком Гитлера человечеству готовится кое-что из  таких подарков, которые сметут не только русские войска и русские города, они способны уничтожить, испепелить, прахом развеять  в  поднебесном пространстве любое  государство на  земле -- нужно время и терпение.

        Терпение у немцев было  великое, в мире  только русские превосходили их по покорству и терпению. Но времени на затяжку войны русские не оставляли. В отдалении от четырех первых плацдармов,  в  среднем  течении  Великой  реки, советскими войсками был нанесен удар  такой сокрушительной силы, такая масса войск и  техники  хлынула  на  просторы  Заречья, что на  этот  раз немецкое командование совсем уже не знало, где и чем латать дыры. Войска вермахта еще будут переходить в контрнаступление, нанесут  несколько ощутимых  ударов  по зарвавшимся, как всегда при большом  успехе шапкозакидательством заболевшим, норовистым  войскам Красной Армии, даже отбросят назад  целый  фронт. Крепко попадет  и  корпусу  Лахонина. Уже примеривающий на себя мундир командующего армией, Лахонин на какое-то время задержался  на старой  должности, но скоро должность командарма все-таки получил, и в достижимо близких далях сверкнули ему  в    пятак  величиной    золотыми  звездами  маршальские    погоны.  После харьковской и ахтырской конфузий,  где гвардейской дивизии Лахонина пришлось принимать на себя удары  и выручать отступающие войска, дивизию его, затем и корпус  привычно засовывали  туда, где труднее, посылали  на самые  кровавые дела.  Он-то  знал,  что  те же  командующие соседних  армий, коих  выручала дивизия,  а затем и корпус, не могли простить ему своего позора. Командующий фронтом  все время старался поручать Лахонину проведение операций локальных, выводил,  где  возможно,    из  зависимости    тех,  кто  умел    сокрушительно рассчитаться за добро.  Так что сибирская дивизия

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту