Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

64

-- на самом краю правого фланга плацдарма и, вероятно, его-то правый фланг в первую  очередь и шуранут немцы  -- чтобы не дать  расширяться  плацдарму за речку  Черевинку. Пехоту же, просачивающуюся  по оврагам,  немцы  всерьез не принимают, знают, что  с боеприпасами там жидко,  и вообще, немцы,  кажется, собою довольны  -- считают переправу сорванной и  скинуть в  воду  жиденькие соединения русских собираются, как только отдохнут-передохнут.

        --  А  нам  бы  баркас,  барка-ас  к  берегу  просунуть!  --  простонал Бескапустин. -- В нем наше спасение. Что мы без боеприпасов? Прикладами бить врага лишь в кино сподручно.

        -- Ваш сержант Бога молит о тумане, коммунист,  между прочим,  и потому его молитва действенна.

        --  Ой,  майор,  майор, шуточки  твои...  Как  бы  тебя на  ту  сторону отправить?

        -- Это исключено. У меня в полку нет заместителя, я сам заместитель. Да и плыть не на чем. Говорите наметки на карте. Сигналы  ракет те же? Я должен знать, где сейчас наши.

        Бескапустин передал данные, в заключение фукнул носом:

        -- Как это не на чем плыть? У вас же лодка!

        -- О, Господи! Лодка! Посмотрели бы на нее...

        -- А, между прочим, почти все наши славяне  о ней знают -- это такая им моральная поддержка.

        -- Ладно, полковник. Как Щусь? Как его группа?

        -- Там все в порядке.  Там задача выполняется четко. В это  время в том месте, откуда говорил  полковник  Бескапустин,  поднялась  пальба,  сыпучая, автоматная. Но щелкали и из пистолета, ахнул карабин.

        -- Стоп! Не стрелять! Что за банда?  --  забыв  отпустить клапан трубки телефона,  заорал  Бескапустин, -- фашистов  тешите?  Темно!  Темно!  А  нам светло?! Докладывайте!

        Телефон  замолк.  Не отпуская трубки от уха, майор  попросил развернуть ему карту и посветить фонариком. И  хотя свет  фонарика только мелькнул, тут же на берег с  шипением и воем прилетело несколько  мелких мин, часть из них разорвалась в воде,  пара,  по-поросячьи  взвизгнув,  жахнула  на камнях,  и какому-то  стрелку до крови рассекло лицо каменной крошкой, работать-то  все равно надо было.

        -- Осторожнее с огнем, робяты! -- предупредил Финифатьев. -- Не сердите уж его, окаянного. Он и без того злобнее крысы...

        Неловко ворочаясь  в  щели,  тыча пляшущим  циркулем в  намокшую карту, майор производил расчеты. Мансуров с тревогой наблюдал, как подсыхает, вроде бы меньше делается лицо майора,  под глазами, над верхней губой и у ноздрей, на лице уже и земля выступает.

        "Пропадает Александр Васильевич... пропадет, если застрянем здесь..."

        Набросав  цифры  расчетов на  розовенькой,  тоже мокрой бумажке,  майор бессильно отвалился на земляную стену щекой.

        -- Вызывай наших, Мансуров. Я пока отдышусь маленько.

        Но, удивительное дело, как только майор заговорил  с начальником  штаба полка Понайотовым,  начал  передавать координаты,  делать наметки  переднего края,  голос  его    окреп,  все    команды  были  кратки,    деловиты,  веками отработанные  артиллерией, и  после, когда  Зарубин  говорил  с  командирами батарей своего полка и с  командирами девятой бригады, заказывая артналет на утро, чтобы под прикрытием его  утащить  с отмели  баркас,  то  и  вовсе  не угадать было, что он едва  живой. Но комбриг девятой хорошо знал Зарубина и, когда кончился официальный разговор, спросил:

        -- Тяжело тебе, Александр Васильевич?

        Майор Зарубин насупился, запокашливал:

        -- Всем здесь тяжело.  Извините, мне срочно с хозяином надо  связаться. Чего-то у них там стряслось...

        -- Все мы тут не спим, все переживаем за вас.

        Командир девятой бригады не  был сентиментальным человеком, на нежности вообще не гораздый, и если уж повело его на такое...

        -- Спасибо, спасибо! -- перебил комбрига Зарубин. -- Всем спасибо! Если бы  не артиллерия... -- майор знал, что во всех дивизионах, на всех батареях сейчас телефонисты сняли трубки с  голов,  нажали  на клапаны:  все бойцы  и командиры  бригады  слушали  с  плацдарма  тихий голос заместителя командира артполка,      радуясь,    что    он    жив,    что    живы    хоть    и      не    все, артиллеристы-управленцы исправно ведут свое  дело, держатся за клочок родной земли  за рекой,  с которого, может быть,  и начнется  окончательный разгром врага.  Если

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту