Астафьев Виктор Петрович
(1924 — 2001)
Повести
Голосование
Что не хватает на нашем сайте?

43

и за камнями.

        --  Гляди за  катушкой,  Сема! Кончится  провод  -- конец  не  отпусти. Отпустишь -- конец тебе, да и мне тоже. Впрочем, мне-то... махнул он рукой и бросился к лодке, налег на нее, сталкивая в воду.

        -- Я его камешком придавлю, -- дребезжал угодливым голосом Сема Прахов. -- Ка-а-амешком! Дай Бог! Дай Бог!..

        Сема  был  боязлив  и малосилен,  старался жизнь свою  спасти  на войне усердием да  угодничеством, но уже понял, должно быть, и он, что всего этого слишком  мало,  далеким    уже,  окуклившимся  в    немощном  нутре  зародышем чувствовал -- не выжить ему на  войне, но все же тянул, тянул  день за днем, месяц за месяцем тонкую ниточку своей жизни.

        Будто  на  осенней  муксуньей путине,  выметывая плавную мережку, Лешка неторопливо начал сплывать  по течению  за  освещенную  ракетами зону  реки, слыша, как осторожно,  без стука  и  бряка стравливается провод из  короедом поскыркиваю-  щей  катушки.  Сема  Прахов  совершенно искренне  --  нету  же искренней молитвы, чем в огне да на воде, -- дребезжал:

        -- Спасай Бог, Алеша! Спасай Бог!

        Мокрый  голос  связиста,  лепет его  уже  не слышен,  скоро  и  провод, пропускаемый Семой через горсть, перестанет волочиться  по  воде, пружинисто взлетать. Грудью упавший  на катушку, стравливающий провод, словно худенькую нитку с  веретена,  Сема ликовал  в душе -- не  было  на проводе  комковатых сростков,  голых  узелков  -- провод  для  прокладки  под  водой  подбирался трофейный, самый новый, самый-самый. Мотнувши барабан на катушке в последний раз,  красная  жила  напряженно  натянулась,  потащила  из-под  Семы Прахова катушку. Схватившись за нее  обеими руками, слизывая слезы  с  губ,  связист обреченно уронил:

        -- Все! --  и  зачастил  по-бабьи, в голос: -- Лети, проводок,  на  тот бережок! -- слезы отчего-то катились и  катились по его лицу. Боясь упустить живую нить, соединяющую его все еще с напарником, ушедшим  страдать, терпеть страх,  может,  и умереть  --  чего  не  скажешь тут, как не  повинишься  -- ничего-ничего  не  жалко,  никаких  слов  и слез не  стыдно. В  шарахающейся темноте,  которой    страшнее,  как  думалось  и    казалось  Семе  Прахову  с "безопасного берега",  ничего  на свете  не было  и  не  будет  никогда,  он улавливал  жизнь,  движение  на  реке,  шевеление    провода.  "Господи!"  -- оборвалось сердце в  Семе аж  до самого  живота, когда  катушка дернулась  и провод замер. Он представил, как неловко напарнику его выпутывать провода из бухтины, краснеющей  на дне лодки, и  одновременно  управляя неуклюжим  этим полузатопленным челном. Перебирал  и перебирал ногами Сема  Прахов,  готовый бежать,  помочь напарнику. Да  куда побежишь-то -- вода,  темная  река перед ним, распоротая  и подожженная  из  конца в конец. Сема  аж взвизгнул, когда жилка на его катушке дернулась и снова натянулась.

        "Подсоединился! Подсоединился!"

        По камешнику кровавой жилкой бился, шуршал галькой провод, вместивший в себя все напряжение человеческое, будто напрямую к Семе был прикреплен конец того провода. -- Гребе-от, миленький, гребе-о-от! Живо-оой! -- пуще прежнего запел, зарыдал Сема Прахов. -- Живо-ой! Лешенька-а-а-а!

        Выбившись  из  полосы  могильного  света,  спрятавшись  во  тьму, Лешка перестал осторожничать,  сильными  толчками  гнал  лодку к  другому  берегу. Смоченные лопашни почти не скрипели, весла мягко падали в воду. Через колено перекинутый провод послушно тащил грузила, и они, падая за борт, брызгались. Слизывая с губ  холодные  брызги, Лешка  задышливо ахал, выбрасывая  из себя горячий ноздух. Да если бы даже он  кричал, а  он кричал,  завывал  время от времени, но не слышал себя,  и  если  бы навесы стукались,  как  барабан  на молотилке в  Осипово,  -- никто бы ничего  не  слышал -- такой  грохот и вой носился над подою.

        С вражеской стороны, с  колоколенки  деревенской церковки упали на воду два синих прожекторных луча, запорошенных огненной пылью.

        "Этого только  не хватало!" -- ахнул  Лешка. В свете их  он заполошенно заматерился, припадочно замахал веслами по воде.

        На островке  лучи  скрестились,  шарили по  нему.  В  высвеченное место ударили  пулеметы,  перенесли  весь  огонь  туда пушки и  минометы, грязь  в протоке,  горелый  пpax на

 

Фотогалерея

img 13
img 12
img 11
img 10
img 9

Статьи












Читать также


Романы
Рассказы
Реклама

Поиск по книгам:


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту